holonist (holonist) wrote,
holonist
holonist

Кое-что о сталинских временах.

        Давным-давно на берегу Средиземного моря...                                                
     Нет, это сейчас я на берегу Средиземного моря. А тогда я жил-
  был в Харькове. И был у меня знакомый, мать которого работала в
  гастрономе кассиршей.
     И в один прекрасный день случилась неожиданная (как всегда)
  проверка. В магазин вошли проверяющие, один из которых сразу
  подошёл к кассе. И его мать не успела спрятать лишние деньги.
     Порядок был такой: если в кассе недостача, кассир мог
  восполнить её из "своих" личных денег. Ну, а если лишние деньги...
  Если немного - увольнение, если много - под суд. Она попыталась
  откупиться, но не удалось, не взяли. Ей повезло - дело было утром,
  и лишних денег в кассе было немного. Она вылетела с работы и
  пару месяцев сидела дома, потом устроилась работать в другой
  магазин.
     Проверками занимался ОБХСС - отдел борьбы с хищением
  социалистической собственности. Эта аббревиатура наводила
  страх. У работников торговли был тост: "Выпьем за то, чтобы у нас
  всё было, и чтобы нам за это ничего не было!" Иногда удавалось
  откупиться, но чаще - нет.
     За хищения грозил срок, а если в особо крупных размерах - вышка, потому что это рассматривалось как
  подрыв экономической мощи страны.
     Иосиф Виссарионович, как известно, вёл скромный образ жизни и не давал чиновникам распевать: "Ой, мама, шика дам". И это не благодаря свойствам его характера,  это была идеологическая установка, стратегия.
     Когда Красная армия в 1944 году переходила границу, он издал приказ, запрещающий грабежи, мародёрство, своеволие по отношению к немцам и их союзникам. "Гитлеры приходят и уходят, а народ немецкий, государство немецкое остаётся". Конечно, это было не от высоких моральных качеств, не из гуманных соображений. Он понимал, что не надо добавлять ненависти к победителям, ведь предстоит "приручение " немцев.
     Запрещено было и разграбление немцев. Пограничники конфисковали барахло, которое везли домой победители.
     Однажды к Сталину приехал из Германии генерал-полковник с докладом об обстановке в оккупированной Германии. Сталину доклад понравился. Генерал, видя его хорошее расположение духа, решился на просьбу.
 -Товарищ Сталин, пожалуйста, распорядитесь, чтобы мне вернули кое-что, отобранное на границе.
     -Вы напишите рапорт, я наложу резолюцию.
     Генерал вынул заранее приготовленный рапорт. Сталин наложил резолюцию. Генерал просиял и рассыпался в благодарностях. А потом прочитал резолюцию: "Верните полковнику его барахло".
     -Товарищ Сталин, описка: я не полковник, а генерал-полковник.
     -Нет, там всё правильно написано. Можете идти, полковник.
     Сегодня всё это воспринимается как анекдоты. Но я помню время, когда милиция реально и бескомпромиссно боролась с преступностью и вела профилактическую работу, ОБХСС боялись, как огня, суды были неподкупные, а хозяев заставляли убирать мусор и подметать улицу перед своим домом.
     "Парадокс нашей истории состоит в том, что самые тяжелые ее периоды впоследствии, в исторической ретроспективе, воспринимаются ностальгически. Который уже раз чаемое нами "светлое будущее" оказывается хуже прошлого! И чем больше новый строй хулит прошлое, чтобы создать более выгодный фон для собственных достижений, тем контрастнее выступают, сталкиваясь, две правды: народная правда, изобличительная в отношении настоящего, и идеологическая правда "министерства правды", неустанно изобличающего наше далекое и не столь далекое прошлое. 50-летие со дня смерти И.В. Сталина — яркий повод для нового столкновения этих "правд".
В господской, либеральной оптике, Сталин — азиатский деспот, душитель свобод, имперский притеснитель национальных меньшинств, в оптике народного восприятия — строитель великого государства, защитник национальных интересов и державного порядка, победитель самых грозных врагов России и гарант ее будущего. Однако создается впечатление, что в этом столкновении либеральных и нелиберальных оценок нет настоящей аналитической глубины — мешают поспешная идеологизация и клишированность. К счастью, наряду с языком и идеологией, агрессивно колонизующей действительность, существует еще и обыденный язык — прибежище немудреных и невымученных жизненных смыслов, пробивающийся, как трава сквозь асфальт. Как обозначается "феномен Сталина" на этом обыденном народном языке? Всем известно, что в этой связи упоминается имя Отца."
     Так пишет в статье О Державнике-Отце и либеральных носителях "эдипова комплекса" Александр Панарин. И, хотя с момента опубликования статьи прошло 10 лет, ничто не изменилось за это время. Я прочитал с большим интересом.
Tags: люди
Subscribe

  • Chang Zheng, или Долгий марш

    «Человечество не останется вечно на Земле, но, в погоне за светом и пространством, сначала робко проникнет за пределы атмосферы, а затем…

  • 50 лет назад

    И голос был светел, и луч был тонок, И только высоко у царских врат, Причастный тайнам, плакал ребёнок О том, что никто не придёт нзад. А.Блок…

  • Он сказал : "Поехали!"

    В конце февраля новым (пятым) главой Госкосмоса Украины стал Владимир Тафтай. Ранее он занимал должность вице-президента по корпоративному…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments