holonist (holonist) wrote,
holonist
holonist

Category:

Испания

   Вчера я скопировал чудесный пост [info]lavagra
Он о Гранаде - замечательном андалузском городе. Снова на меня нахлынула Испания - удивительная, неповторимая страна. Она произвела на меня (хоть это и может показаться странным) гораздо большее впечатление, чем, например, Италия. Я не сразу понял, почему. Но теперь уже разобрался. В Италии огромное количество туристических объектов; можно сказать, что глазами туриста - эта страна сплошной музей. А мне всегда хочется при посещении любой страны хоть немного заглянуть в душу народа, попытаться, пусть немного,  понять его ментальность.
   Итальянцы не являются потомками римлян, это потомки италиков. Неудивительно, что я не ощутил в Италии того размаха, величия и мощи, какие были присущи Римской империи. Я ощутил всеобщую меркантильность, мелкое жульничание и стремление содрать с лоха ещё 1-2 евро. Мелкий штрих - найти в Италии бесплатный туалет не просто (кстати, платные туалеты были "изобретены" императором Веспасианом в Iв. н. э.). Когда из Колизея средь бела дня был украден фрагмент карниза, какая-то известная итальянка сказала: "Все итальянцы - или святые, или воры."
   И вот я посетил Испанию. Первое, что бросается в глаза - это достоинство, гордость. Каждый мужчина считает себя идальго, он украшение мира. Он ни перед кем не станет унижаться, даже если он официант или швейцар. Большинство туалетов - бесплатные. И испанский язык мне нравится больше итальянского, официально признанного самым красивым. Испанский я воспринимаю как "мужской" в отличие от "женственного" итальянского.
   Немного заглянуть в испанскую душу мне помог Ф.Г.Лорка. И не просто его стихи, которые я долго не понимал (а сейчас считаю его одним из величайших поэтов мира), а его лекции и выступления. Я совсем не удивился тому, с каким достоинством поблагодарил меня однорукий гитарист, когда я дал ему монету ( вместо правой руки у него был протез, а как он играл!). В Испании не редкость увидеть музыканта на улице, который играет не ради денег, а просто потому, что душа рвётся наружу.
   Я почти год назад написал пост о канте хондо - "глубинном пении".  Вряд ли я смогу написать лучше, поэтому повторю его здесь, потому что я тогда был новичком в ЖЖ, френдов почти не было, и его практически никто не прочитал.
Иберийский полуостров, на котором расположена Испания, в древности населяли иберы. С ХI века д.н.э. на южном и восточном побережьях возникли колонии финикийцев, греков и позже – карфагенян, которые принесли с собой элементы культуры востока. В VI  веке д.н.э. с севера вторглись племена кельтов, которые смешались с иберами. По мнению некоторых учёных, нынешние баски являются их прямыми потомками. В музыке басков они находят элементы музыки французской Бретани и английского Уэлса. Римляне, захватившие полуостров во II веке д.н.э. и удерживавшие его до V века н.э. не оказали заметного влияния на народное искусство полуострова.  А с V поVIIв.в. сначала вестготы, а затем византийцы принесли с собой искусство Византии, в частности, литургию. В 711г вторгшиеся арабы принесли культуру востока, а ещё до их окончательного изгнания в 1492г сюда приплыли с сарацинами из Аравии и Египта цыгане, вытесненные из Индии  полчищами Тамерлана. Цыгане,  обосновавшись в Андалузии,  которая  меньше подверглась  северному влиянию, восприняли местную музыкальную традицию, и, обогатив её своей архаикой, дали окончательный облик пению, которое мы называем канте хондо и из которого впоследствии, в XVIII веке, выросло фламенко.  Три события сильно повлияли на песни Испании: принятие в XV веке католической литургии, нашествие арабов и прибытие цыган. Именно цыгане дали окончательную форму канте хондо. Поэтому сигирийя называется «цыганской», а тексты песен пестрят цыганскими словами.   Канте хондо восходит к древнейшим музыкальным системам Индии, первообразцам пения. Это лишь бормотание, волнистые перекаты голоса, чудесная горловая зыбь, которая не вписывается в нашу темперированную шкалу, не вмещается в жёсткую и холодную систему современной музыки и сотнями лепестков раздвигает герметичные цветы полутонов. Канте хондо сродни птичьей трели, петушиному пению и природной музыке леса и ручья. Это редчайший и единственный в Европе реликт первопения, в котором и доныне содрогается обнажённое чувство древних племён Востока.  Цыганская   сигирийя представляется бесконечной одинокой дорогой к роднику младенческой поэзии.

   Цыганская   сигирийя начинается отчаянным воплем, рассекающим надвое мир. Это предсмертный крик угасших поколений, жгучий плач по ушедшим векам и высокая память любви под иной луной и на ином ветру. Ни один андалузец не может без содрогания слышать этот крик, ни у одной испанской песни нет такой поэтической мощи и крайне редко человеческий дух творил с такой стихийностью.
   Характерные особенности испанской и индийской народных песен это разработка мелодии на ограниченном музыкальном пространстве, чаще в пределах сексты, и упорное повторение одной и той же ноты, унаследованное  от  заклинаний и древнейших речитативов – черты, многих убедивших в том, что пение предшествовало  речи.
   Именно поэтому канте  хондо производит впечатление пропетой прозы, где разрушен и совершенно не ощутим метр, хотя на самом деле это не так. Можно утверждать, что в канте хондо музыкальный строй есть непосредственное порождение речевого строя. Некоторые исследователи считают, что в древности речь и пение не различались, что эти звуки появились согласно естественному ходу вещей и родились из  подражания пению птиц, крикам зверей и всем бессчётным звукам природы.

В стихах народных песен Андалузии, воплощённые точно и чисто, пульсируют бесконечные переливы тоски и боли. Женщина, сердце мира, владычица розы, лиры и гармонии, всегда царила в бескрайних просторах стихов. Женщина в канте хондо зовётся Тоской. И где бы ни слагались эти песни, в сердце гор, в апельсиновых  рощах  или рыбацкой лодке, подоплёка у них одна – любовь и смерть. Из недр этих песен рвётся вопрос, роковой и безответный. Скрестив руки, испанец замер лицом к звёздам и безнадёжно ждёт спасительного знака. В песне вечно решается глубокая душевная драма – или вообще неразрешимая, или разрешённая смертью, которая сама есть тайна тайн.
   Андалузские песни никогда не воскрешают в памяти тот край, где родились. Это слепой соловей, он поёт, ничего не видя вокруг. И если этим стихам и мелодиям и нужен какой-то фон, то это ночь, синяя ночь андалузских безлюдий. И мелодия, такая же заунывная, как этот серо-зелёный мглистый край, стократ усиливает пластическую выразительность песни. В этих песнях всегда ночь, бескрайняя ночь в бесконечных звёздах, в них нет пейзажа – мраком песня отделена от мира и погружена в себя.
В этих песнях просят помощи и совета у земли и ветра, у луны и моря, говорят с цветком, птицей, зверем. Всё в мире оживает и вторгается в душу человека.

     Стыли камни в море, / стыли и молчали, / и ходила к ним моя подруга / поверять печали.

    Тогда разомкну я губы / и душу свою открою, / когда поделюсь печалью / с могильной землёй сырою.

    В сад ходил я на рассвете / допытаться у цветка, / что ж любовь мою излечит, / если смерть уже близка.

Но всего поразительней в этих песнях вочеловеченный ветер. Здесь он может быть отзывчивым и утешающим.

    Отозвался ветер, / улетая прочь: / - что все слёзы, если нет ответа / и нельзя помочь?

   Среди бела дня / плакал ветер оттого, что смерклось / в сердце у меня.

   Тебя ревную к ветру / не беспричинно. / Несдобровать бы ветру, / будь он мужчина.

Другая сквозная нить песен – это плач. В цыганской сигирийе, законченной поэме слёз, плачут и стихи и мелодия, колокола вдали и окна в зарю.

   Впотьмах выхожу и плачу, / и горше день ото дня, / что так люблю тебя смертно, / а ты не любишь меня.

   Плачьте, глаза мои, плачьте, / это не ваша вина; / кто из-за женщины плачет, / тем и слеза не стыдна.

   Заплачу – платка не прячь, / ведь я не могу иначе; / всё горе моё в тебе, / а всё утешенье в плаче.

   Будь моя грудь стеклянной, / видела б ты сама, / как моё сердце кровью / плачет, сходя с ума.

Двумя мощными линиями вычерчен силуэт певца, кантаора – дугой небесного свода и спиралью, буравящей душу. Пение для кантаора – священный обряд.  Он вызволяет мелодию из спящих глубин и, обернув её голосом, отпускает на волю ветра. Пение для него исполнено религиозного смысла. Завороженные мерцающей точкой на горизонте, они поют отрешённо, эти странные и простые люди.
   Женщины в Испании поют солеа. Эта тоскующая, в полном смысле слова человечья песня сразу находит дорогу к сердцу. Но песнь песней – цыганскую сигирийю – поют чаще всего мужчины. И неизбежно певцы становятся мучениками канте. Сигирийя, как спирт, обжигает сердце, горло и губы певца.  И нужно суметь уберечься от этого огня. С нечеловеческой силой выражает кантаор народную душу, вверяя свою собственную смерчу страстей. И почти все великие кантаоры  умерли от разрыва сердца.
   Сегодня на эстраде звучит зачастую совсем другое, осквернённое похотью и  хамством.  Но ещё есть моряки, поющие над морем, женщины, баюкающие детей в тени виноградных лоз, суровые пастухи на  горных тропах. И, раздувая угли негаснущего костра лирики и поэзии, будут петь женщины в тени виноградных лоз, пастухи на каменистых тропах и моряки над таинственным рокотом моря.

 

Где  волны  солнце  ласкают,

Его  хороня  в  океане,

На  раскалённых  скалах

Раскинулась  ты,  Espana.

Испания!  Донна  мира!

Прекрасна  ты  и  тревожна.

Тебя  однажды  увидев,

Уже  забыть  невозможно

Ритм  кастаньет  чёткий,

Твоих  фонтанов  каскады,

Узоры  твоих  решёток,

Льющих  цветов  водопады,

 

Пейнеты  кастильских  восходов,

Сады  Валенсии  зыбкие,

Узор  каталонских  сводов,

Печаль  андалузских  скрипок.

Пьянят  ароматом  тонким

Рощи  лимонные  сьерру;

Веер  в  руках  девчонки

Шепчет   “Yo  te  querro “.

Пламя  в  тебе  не  гасло

Гордой  упрямой  силы;

Лишь  перед  Дамой  Прекрасной

Голову  ты  склонила.

Но  эхо  восточной  мысли

Мучит  тайной  столетий:

Вечна  трагедия  жизни,

Вечна  загадка  смерти.

Укутав  саваном  море,

Зелёная  ночь  воскреснет;

Криком  тоски  и  боли

Ты  начинаешь  песню.

И  слёзы  кровью  стекают

С  рыдающих  струн  гитары,

Душу  твою  вскрывая

Навахой  толедской  стали.

«Хосе,  у  тебя  несчастье?

Щёки  белее  мела!»

«Рвёт  сигирия  на  части

Душу  мою  и  тело.

О,  принеси  мне,  ветер,

Память  о  днях  далёких!»

Луна  в  серебряном  свете

Молча  глядит  с  востока.

Болит  душевная  рана,

И  бредят  сьерры  отроги

Вечной  тоской  цыгана

О  бесконечной  дороге.

Примечания.
1).пейнета
- женское украшение , похожее на полукруглый гребень с небольшим количеством длинных зубцов. Вставленная в волосы, напоминает корону.
2). СЬЕРРА - буквально "пила" - горная гряда с острыми вершинами.
3). YO TE QUERRO - я тебя люблю.
4). НАВАХА - длинный боевой нож.
5). СИГИРИЯ - один из жанров канте хондо (см. в тексте).

 

Tags: искусство, история, путешествия
Subscribe

  • И мелькают города и страны, параллели и мередианы...

    И бредят сьеры отроги Вечной тоской цыгана О бесконечной дороге. Знаете, дорога затягивает. Я испытал это на себе. Есть люди, которым нравится…

  • Княгиня Ольга.

    Начало Продолжение Экс-президент Украины Пётр Порошенко на своей странице в ФБ 11 марта возмутился тем, что Всемирный экономический форум…

  • Княгиня Ольга.

    Начало Предание нарекло Ольгу Хитрою, церковь – Святою, а история – Мудрою. Только два европейских государства могли в те годы…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 1 comment