October 30th, 2017

Мёртвый штиль

Вот интересно, кто-нибудь из граждан РФ верит в то, что на весенних выборах победит Навальный или Собчак?

Над седой равниной моря ничего не происходит.
Между тучами и морем тоже как-то очень тихо.
Ничего нигде не реет, не кричит и не взмывает,
Ну и тучи, как ни странно, тоже ничего не слышат.

Сила гнева, пламя страсти и уверенность в победе -
Всё куда-то подевалось, даже нету жажды бури.
Чаек нет – никто не стонет и не мечется над морем,
И на дно его свой ужас прятать некому по жизни.

А гагары… Где гагары? Говорят, что недоступны.
И не слышен гром ударов, потому что грома нету.
Глупый пингвин умудрился всё же спрятать где-то тело,
И теперь его не видно. Жаль, а то оно смешное.

Всё спокойней и спокойней. Нету волн, редеют тучи.
Если так пойдет и дальше, скоро будет очень скучно.
Слышно как летает муха где-то там за горизонтом...
Чу! Пропала. Видно мухе надоело и заснула.

Collapse )

Freedom above all else


Жил да был такой мужик с большой буквы "М", по имени Марвин Химайер.

Работал он сварщиком, починял автомобильные глушители в городке Гранби, штат Колорадо. Городок микроскопический, 2200 жителей. Мастерская там у него была, с магазином.  Земельный участок под этой мастерской он официально выкупил за довольно приличные бабки на аукционе (что-то порядка $15 000, для этого он продал свою долю в большом автосервисе в Денвере).

Еще, в качестве хобби, он строил снегоходы и зимой катал на них по окрестностям Гранби молодоженов. Как на лимузине. У него даже была соответствующая лицензия.  Дядька был довольно добродушный и в высшей степени прикольный. Отслужил в свое время в ВВС аэродромным техником, и с тех пор стабильно трудился по инженерно-технической части. Дожил до пятидесяти двух лет, не женат (какая-то там печальная любовная история у него в свое время стряслась).

Мастерская его примыкала одной стороной к территории цементного завода Mountain Park Inc. Руководство завода решило расширить производство, построить еще одну технологическую линию. Для этого потребовалась земля.  В итоге были выкуплены все участки, кроме злосчастной мастерской Марвина. Вероятно, ему предлагали за участок вполне достойные деньги, но Химайер, похоже, пошел в данном случае на принцип. Может, ему была дорога именно эта земля, а может еще чего. Он взялся даже в 2002 году оспаривать в суде решение о предоставлении территории под размещение завода, вел дело сам и, разумеется, проиграл.

Collapse )

Джаз в бетоне

                   Стлицей гудит украинский Харьков,
                     Живой, трудовой, железобетонный.
                              (В. Маяковский)



С 19 декабря 1919 года по 24 июня 1934 года Харьков был столицей Украинской Советской Социалистической Республики.

А это - много учреждений и приезжих.  В городе не было достаточного количества подходящих зданий. А он быстро рос - в 1915 году в нём было 70 тыс. жителей, а в 1925 - уже 270 тыс.

Совнарком (правительство) поселился в бывшем особняке пивного короля. Наркомат (министерство) труда обосновался в доходном доме страхового общества.

Надо было как-то выходить из положения. Проблему стали решать собственными силами и возможностями: сахартрест, угольтрест и прочие (всего 22 треста) собрали деньги вскладчину и попросили у городских властей построить для них центр, в котором будет удобно работать. А те и говорят: «Мы на эти деньги построим первый советский небоскреб».

Объявили конкурс, на который поступило 19 проектов. Победил проект «Незваный гость» трех архитекторов из Ленинграда: Серафимова, Кравца и Фельгера. Комплекс должен было стать самым большим зданием в Европе. У победителей конкурса спросили: «А вы сможете это построить?» И те ответили: «Нет, вы хотели от нас визуализацию, образ. А чтобы строить, нужны очень компетентные строители. Ищите инженера».

Такого инженера нашли в Харькове — Павел Роттерт.

— Да, я могу это построить, но мне нужны три вещи: специалисты, деньги и технологии, — сказал он.

На что ему ответили: «Паша, ничего этого нет, но строить надо!» Тогда Роттерт сел в поезд и отправился в Москву, на прием к министру Феликсу Дзержинскому, показал ему чертеж: «Вот это мы хотим построить в Харькове».

— На хрена? — удивился Дзержинский.
Collapse )