holonist (holonist) wrote,
holonist
holonist

Categories:

По дороге в Хиросиму. 1


В 1933 году, после прихода к власти Гитлера, Эйнштейн уехал из Германии и переехал  в США. Там он получил пост в Институте перспективных исследований, который был создан в Принстоне, штат Нью-Джерси.

Он хорошо понимал, чем могут обернуться открытия Мейтнер. Но он был пацифистом, ему хотелось, чтобы его работы приносили человечеству процветание, а не использовались для создания оружия. И  он видел,  куда идёт Германия, и что остановить её можно только превосходящей силой. Поэтому в 1939 году он направил Президенту США Рузвельту письмо:
Ф. Д. Рузвельту,
Президенту Соединенных Штатов,
Белый дом,
Вашингтон, округ Колумбия.
Сэр!
Некоторые недавние работы… которые были сообщены мне в рукописи, заставляют меня ожидать, что уран может быть в ближайшем будущем превращен в новый важный источник энергии. Определенные аспекты возникшей ситуации, по-видимому, требуют особого внимания и, при необходимости, быстрых действий со стороны правительства…
Это новое явление способно привести… к созданию бомб, возможно, — хотя и менее достоверно, — исключительно мощных бомб нового типа. Одна бомба такого типа, доставленная на корабле и взорванная в порту, способна полностью разрушить весь порт и часть прилегающей к нему территории…
Искренне Ваш,
Альберт Эйнштейн
Но ни Рузвельт, ни его сотрудники не поверили в бомбу, способную уничтожить целый порт. Письмо покочевало по другим столам и, в конце концов, попало в руки Лаймана Дж. Бриггса, любителя лёгкой и спокойной жизни. И было благополучно помещено в глубокий архив.

В апреле 1940-го находившийся тогда в Англии племянник Мейтнер Фриш начал убеждать британские власти в практической возможности создания бомбы. Несколько позже в Вашингтон был срочно направлен содержавший эту новость совершенно секретный меморандум. В то время по всей Европе уже шли сражения; танковые армии захватывали все новые и новые страны. Однако Лайман Дж. Бриггс был не из тех, кто клюнул бы на подобную удочку. Дурацкий меморандум англичан мог, если бы его кто-нибудь увидел, оказаться по-настоящему опасным. И Бриггс упрятал его в свой сейф, рядом с письмом Эйнштейна.

Совсем по-другому относились к этому в Германии. Там пережили развал армии в конце Первой мировой войны, коррупцию Веймарской республики, чудовищную инфляцию и безработицу. Ближайшему будущему надлежало стать другим. Немцы хотели новых свершений и завоеваний, в том числе и обещаемых наукой. Геббельс записал в дневнике:
Я получил доклад о последних разработках в германской науке. Исследования в области атомного разрушения ныне достигли точки, за которой… как нас уверяют, возникает возможность добиться колоссальных разрушений ценой минимальных усилий… Важно, чтобы мы опередили всех...

Был в Германии и человек, который мог повести её по этой дороге - Вернер Гейзенберг, второй физик в мире после Эйнштейна. Летом 1937 года у него появилась серьезная проблема. Пожилой физик Иоганн Старк напечатал в еженедельнике СС статью (неподписанную), в которой говорилось, что Гейзенбергу не хватает патриотизма, что он сотрудничает с евреями, лишен должного немецкого духа и т. д. Гейзенберг перепугался. Да, он сотрудничал с еврейскими физиками, но разве у него имелся выбор? Бор, Эйнштейн, великий Вольфганг Паули и многие другие физики были евреями или отчасти евреями. Но Гейзенберг в ходе любых публичных дискуссий неизменно стоял за свою страну, оправдывал действия Гитлера; он всегда оставался верным Германии!

Вскоре его вызвали для допроса в подвал штаб-квартиры СС.  Одну из  стен этого подвала украшал издевательский призыв: «Дышите глубоко и спокойно». Гейзенберга не били, одним из проводивших допрос людей был доктор философии, у которого он принимал когда-то экзамены, однако жена Гейзенберга говорила впоследствии, что страшные сны об этих допросах не давали ему покоя долгие годы. И когда, наконец, стало ясно: никаких признаков того, что СС от него отстанет, не наблюдается, на помощь Гейзенбергу пришла его мать. Она была старой знакомой матери Гиммлера. И она нажала на женскую кнопочку: " «Знаете, госпожа Гиммлер, мы, матери, плохо разбираемся в политических взглядах, которых придерживается ваш сын или мой. Однако мы знаем, что должны заботиться о наших мальчиках. Поэтому я к вам и обратилась».

И это сработало. Вскоре Гейзенберг получил вполне доброжелательное письмо от Гиммлера, в конце которого была фраза: " Я считаю, однако, что будет лучше, если в дальнейшем Вы станете, выступая перед Вашей аудиторией, проводить различия между результатами научных исследований и личными, а также политическими взглядами причастных к ним ученых."

Дорога была расчищена! Можно, на благо великой Германии, использовать достижения еврейских учёных, но не поддерживать те либеральные или интернационалистские взгляды, которых придерживался Эйнштейн и другие физики-евреи.

В 1939 году было создано "Бюро вооружений", и Гейзенберг одним из первых вызвался оказывать ему любую помощь. Уже началась Вторая мировая война, в Польше шли бои. В декабре он отправил наверх первую часть обширного доклада, посвященного созданию работоспособной атомной бомбы, и, когда в Берлине создали группу, занявшуюся строительством реактора, ее возглавил Гейзенберг.

Первые опыты были поставлены в Берлине, в обычном обшитом досками доме, стоявшем в лесу. Чтобы замаскировать его назначение и отпугнуть любопытных, ему дали название «Вирусный дом».

Гейзенберг, конечно, знал о открытии Мейтнер и о том, что для расщепления ядра нужны, как установил Ферми, медленные нейтроны. Понимал он и то, что малое количество урана не приведёт к успеху - нейтроны успеют вылететь за пределы куска вещества, не столкнувшись с другими ядрами.

Гейзенберг потребовал десятки фунтов урана. Это не было проблемой, потому что Чехословакия с крупнейшими в Европе урановыми рудниками уже была захвачена. Проблема была в отсуствии тяжёлой воды для замедления нейтронов. Получение тяжёлой воды - процесс не быстрый и дорогой. В лабораториях Германии удалось накопить литров 20 тяжёлой воды, и Гейзенберг приступил к опытам.

В сферический сосуд, в стенках которого находился уран, поместили другой такой же, только меньший. Внутри меньшего и в промежутке между сферами налили тяжёлую воду. А через трубку ввели в центр источник нейтронов - "запал". Нейтроны выйдут из источника, замедлятся в тяжёлой воде и попадут в уран. Там они разрушат ядра, и выброшенные при этом нейтроны пройдут через второй слой тяжёлой воды и попадут во второй слой урана, откуда выйдет уже большое количество нейтронов. Этот поток будет зафиксирован приборами.

Было начало 1941 года. Гейзенберг скомандовал: "Feuer!", ввели запал, и все взгляды впились в приборы. Но они молчали. Урана было слишком мало, и нейтроны покидали сферу, не успев столкнуться с ядрами атомов. Позже, правда, взрыв состоялся, но совсем по другой причине - он был "тепловой", но всё же разнёс в щепки устройство. Гейзенберг рассвирепел и заказал большее количество урана. Чешский к тому времени иссяк, но в Бельгийском Конго имелись самые большие в мире рудники, а Бельгия в это время уже была оккупирована. А вот тяжёлая вода не добывается в рудниках, её надо изготавливать. И немцы решили использовать норвежский завод, который производил немного тяжёлой воды для научных целей, но он тоже был на уже оккупированной территории, и его мощность решили повысить. И примерно через год произошёл прорыв - было получено на 13% нейтронов больше, чем выдал "запал"! Лёд тронулся, господа присяжные заседатели! Теперь всё решало только время. Технология найдена, уран имеется, Вернер фон Браун разрабатывает первую в мире боевую ракету на жидком топливе, которая, правда, поднимает только 1 тонну полезной нагрузки, но это поправимо. Поблема, как всегда, в тяжёлой воде, процесс идёт не слишком быстро.

Эйнштейн узнал об успехе Гейзенберга благодаря тому, что директор Института физики кайзера Вильгельма был голландцем, и после того, как его тоже прогнали, в конце концов, оказался в Америке и рассказал своим новым коллегам все, что он знал о работах, проводившихся в «Вирусном доме». И Эйнштейн направил Рузвельту новое письмо: «Я только что узнал, что в Германии проводятся секретные исследования, в которых теперь участвует еще один из институтов кайзера Вильгельма — институт физики».

Однако на сей раз его не удостоили даже ответа. США уже вступили в войну, а Эйнштейн был социалистом да еще и сионистом в придачу, и ФБР докладывало военной разведке: "Учитывая его радикальное прошлое, наше агентство не рекомендует привлекать доктора Эйнштейна к секретным работам, не проведя предварительно очень тщательного расследования, поскольку представляется маловероятным, что человек с его прошлым способен за столь короткое время стать лояльным американским гражданином."

К концу 1941 года Соединенные Штаты все же приступили к осуществлению серьезного атомного проекта, который получил нейтральное название "Махэттенский проект" и был невероятно засекречен. Но шансов обогнать Германию почти не было. Америка только недавно  вышла из Великой депрессии, большая часть ее индустриальной базы была в разваленном состоянии. А Вермахт обладал самыми мощными в мире боевыми силами. И все его армии были оснащены оружием, превосходившим то, что имелось в распоряжении любой другой страны. Соединенные же Штаты обладали армией, технического оснащения которой едва хватило бы на две дивизии, — в мировой иерархии эта армия занимала десятое место и стояла примерно на том же уровне, что армия Бельгии.

Кроме того, у Германии имелись лучшие в мире инженеры и сильная система университетов — даже после того, как из нее изгнали большое количество евреев, — и самое главное, у нее имелась фора: два драгоценных года, в течение которых Гейзенберг и его коллеги работали не покладая рук. Выход был только один - затормозить Гейзенберга.
Tags: история, наука
Subscribe

  • И мелькают города и страны, параллели и мередианы...

    И бредят сьеры отроги Вечной тоской цыгана О бесконечной дороге. Знаете, дорога затягивает. Я испытал это на себе. Есть люди, которым нравится…

  • Княгиня Ольга.

    Начало Продолжение Экс-президент Украины Пётр Порошенко на своей странице в ФБ 11 марта возмутился тем, что Всемирный экономический форум…

  • Княгиня Ольга.

    Начало Предание нарекло Ольгу Хитрою, церковь – Святою, а история – Мудрою. Только два европейских государства могли в те годы…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments