holonist (holonist) wrote,
holonist
holonist

Леонардо 10

10. Предатель среди двенадцати апостолов

   После того, как наступил конец этого славного дела, после того, как армия Людовико потерпела поражение, прошло несколько лет. Это были годы войны, прерываемой и начинаемой снова, очередных сражений, предательств, заключаемых и нарушаемых договоров. Через богатые города и поля Италии всё время передвигались какие-то войска, всё было разрушено и лишено управления.

    В Медиолане и далее торговали, строили, развлекались, писали картины. И Людовико, хотя его казна была перегружена расходами на войну, заказывал картины у живущих на его дворе художников. В Италии эпохи возрождения поддержка искусства было почти обязанностью каждого властителя.

    Людовико заказал Леонардо выполнить роспись в трапезной доминиканского монастыря при соборе Санта Мария дела Грацие. Это должна была быть «Тайная вечеря», тема настолько популярная в то время, что, казалось бы, художник выполнит работу быстро и без проблем.

    Однако Леонардо начал размышлять над этой сценой, хорошо известной ему из Нового завета, и увидел её не так, как она изображалась в картинах и рельефах – не так статично и торжественно. Итак, Христос говорит во время последней вечери своим ученикам: «Один из вас предаст меня». Иуда Искариот уже получил тридцать сребреников в качестве платы за предательство, и он вскоре должен указать на своего учителя римским солдатам, которые его арестуют. Но для апостолов слова Христа – это ужасающая новость. Предатель сидит среди них, и никто не знает, кто он; каждый возбуждён, поражён и хочет отвергнуть от себя подозрение.

    До Леонардо «Тайную вечерю» писали всегда как почётное собрание   мудрецов в длинных одеждах, как бы чувствующих торжественность минуты, и не интересовались Иудой, который – сжимая свой кошелёк с сребрениками – сидел всегда одиноко на другом конце стола.

    Тут предатель, как это бывает в жизни, сидит среди благородных и верных не узнанный; сидит между наимудрейшим из апостолов, Петром, и любимым учеником Христа, молодым и красивым Иоаном. Иоан даже наклонил к нему голову, грустный и опечаленный. Пётр переклонился через плечо Иуды и поднимает руку растерянном, вопросительном жестом.

    Мы видим не совет просветлённых, всё понимающих мудрецов, а двенадцать живых людей, каждый из которых принимает страшное известие по-своему: Фома как бы не верит; Варфоломей вскакивает, готовый обрушиться на неизвестного предателя; Филипп показывает на свою грудь, как бы спрашивает, можно ли и его подозревать; Матфей, Павел и Симон  разбираются между собой в возбуждении. Среди апостолов есть люди решительные, живо реагирующие, и такие, которые стараются взвесить то, что услышали; есть бунтующие против надвигающейся беды и другие, опечаленные; но все каждым жестом – разведением рук, наклоном головы – выражают свои чувства: жалость, отчаяние, протест, удивление.

    Леонардо сразу знал, что именно так это должно выглядеть: тринадцать (вместе с Христом) людей, тринадцать характеров, правдивых, но разных, и что через изображение чувств этих людей он лучше покажет разыгрывающуюся трагедию.

    Работу над картиной он начал с того, что ходил по Медиолано и рисовал лица, фигуры. Иногда он долго шёл за каким-нибудь человеком, чтобы запомнить все его жесты, гримасы; он видел в нём одного из своих апостолов.

    Он эскизировал мужчин молодых и старых, нежно красивых и с тёмными, злыми лицами, воспитанных и простых.

    Потом он шёл в трапезную монастыря, влезал на специально приготовленный помост и медленно создавал образ, как идеально скомпанованную машину, все части которой должны работать совместно, как орган, все трубки которого должны создавать совершеннейшую гармонию тонов.

    Интерьер, в котором разыгрывается сцена, он изобразил в виде простой строгой залы, без каких-либо украшений, чтобы ничто не отвлекало внимания от сидящих тут фигур. В центре он поместил Христа, а по бокам две группы апостолов – по шесть; каждая группа ещё распадалась на две равные части.

    Но вся эта стройная композиция разорвана возбуждением: слова «Один из вас предаст меня!» высвободили бурю неожиданных жестов, беспокойных взглядов; искривлённые или неожиданно окаменевшие лица поворачиваются во всех направлениях .Однако Леонардо господствует над этим хором человеческих страстей, он режиссёр и геометр картины: все линии, контуры создают сеть ритмов совершенной гармонии, дуг, возносящихся и спадающих, как волны на бурном море, как деревья в лесу под порывами ветра.

    Над этим невидимым на первый взгляд, но всёже ощутимым построением картины Леонардо работал много месяцев, вероятно, около двух лет. Много людей заходило в это время в трапезную, смотрели, как он рисовал на стене, потом накладывал пятна краски, исправлял. Подглядывал за художником между другими молодой брат презора, Матео, который после написал свои воспоминания:

    «Я часто видел, как Леонардо очень рано шёл на помост перед «Тайной вечерей» и там с утра до ночи не откладывал кисть и только писал, без еды и питья. Потом бывало, что проходило три или четыре дня, когда он не прикасался к работе, только всё время оглядывал картину часами  и критиковал фигуры, говоря сам с собой. Я видел также, как – когда ему что-то приходило в голову – он уходил с Корте Вечья, где он занимался огромным конём из глины, и шёл прямо в Гразье. Он взбирался на помост, хватал кисть и пару раз клал пятна на какую-нибудь фигуру, а потом неожиданно всё откладывал и уходил ещё куда-нибудь».

    Проходили месяцы, Леонардо работал, хотя и не ежедневно показывался в трапезной. В один из таких дней презор пришёл наконец к Людовико с жалобой, что написание картины тянется сверх всякой меры, и раскритиковал две важнейшие фигуры: Христа и Иуды.

    Леонардо, обвинённый в этом, ответил, что действительно, работа застопорилась, потому что он не может найти модель с лицом таким отвратительным, чтобы походило на лицо Иуды. Он много ходил ежедневно по Баржетто, прогулочной части Медиолано, присматриваясь к разным бродягам, и возвращался ни с чем. И с усмешкой добавил, что хорошо было бы лицо презора, но он боится его оскорбить предложением позировать для Иуды. С этого момента монах перестал преследовать художника.

    Леонардо нашёл, наконец, своего Иуду и написал его: лицо с низким лбом, приплюснутым носом, с бородой выдвинутой вперёд, тёмным и зловещим. Его копировали потом многие художники, его узнал весь мир, и, наконец, все именно так начали себе представлять «предательский тип».

    А лицо Христа Леонардо не написал так выразительно, собственно, еле его наэскизировал; эта фигура совсем не такая, как другие, скорее, нематериальная, таинственная, изображена на фоне светлого прямоугольника окна.

    Наконец, убран помост. И тогда оказалось, что эта необычная сцена тем более подходяща, что происходит как бы в той самой зале, где находятся зрители. Апостолы сидят за столом, подобным тому, за которым едят монахи, даже еда такая же, как в монастырской кухне. И фигуры имеют размеры человеческих фигур, что ещё больше приближает к зрителям драму, которая разыгрывается на картине.

    Впечатление было огромным. Все зрители в трапезной застыли, впившись взглядами в неподвижную, но такую живую сцену, как бы слыша ещё звучащие слова: «Один из вас предаст меня». А потом начались разговоры, комментарии, дискуссии. Имя Леонардо было на устах всех, повторялось во всём Медиолане с наивысшим удивлением и почётом.Слава Леонарда потихоньку росла и раньше, но только сейчас все увидели в создателе «Тайной вечери» мастера из мастеров.

    Людовико в знак благодарности подарил художнику красивый виноградник вблизи Медиолано. Вскоре, однако, наступает поражение Сфозов, они вынуждены уйти из города, покидает его также Леонардо. Сюда вторглась французская армия  с королём Людовиком XII во главе.

    Вскоре по прибытии монарх отправился в трапезную монастыря Санта Мария дела Грация, чтобы увидеть работу, слава которой достигла уже до Франции. Когда он её увидел, он так сильно захотел получить её в свою собственность, что приказал своим дворянам исследовать, не получится ли живопись с частью стены перевезти в Париж.
   (продолжение следует)

Tags: Леонардо, искусство
Subscribe

  • На стыке эпох. 4

    Начало Продолжение 1 Продолжение 2 Жаль, только жить в эту пору прекрасную Уж не придётся ни мне, ни тебе. Н.А.Некрасов И вот мы…

  • На стыке эпох. 3

    Начало Продолжение 1 Он сказал им: вот, при входе вашем в город, встретится с вами человек, несущий кувшин воды; последуйте за ним в дом,…

  • На стыке эпох. 2

    Начало Швед, русский колет, рубит, режет. Бой барабанный, крики, скрежет... А.С.Пушкин Возникает вопрос: почему Вавилон так резко изменил…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments