?

Log in

No account? Create an account
holonist [userpic]

Белорусская Мосада.

September 13th, 2017 (12:09 am)


Мосада ( точнее - мецада) на иврите означает крепость.  В I веке на берегу Мёртвого (тогда "асфальтового") моря  крепость была последним оплотом восставших против римлян евреев. О тех событиях можно прочитать в Википедии, если набрать "масада". я же только процитирую речь Элазара бен Яира в изложении Иосифа Флавия, с которой он обратился к последним защитникам крепости, когда стало понятно, что поражения не избежать.

Мужайтесь, герои, покройте себя славой! Уже давно постановили мы не подчиняться ни римлянам, ни другим властителям, кроме одного только Бога, ибо только Он истинный и справедливый царь над людьми. И вот настало время исполнить наш обет. Не посрамим же себя в этот час, ведь и прежде душа наша гнушалась рабской долей, хотя тогда рабство ещё не угрожало нам такими чудовищными опасностями. Не предадим же себя и теперь добровольно ни рабству, ни тем ужасным мучениям, которые ожидают нас. Не опозорим себя перед римлянами, не сдадимся им живыми! Мы первые восстали против них и последними покидаем поле боя. Великую милость оказал нам Господь, даровав возможность умереть смертью героев, погибнуть свободными людьми, чего не дано было совершить нашим братьям, пленённым внезапно. Нам же открыто, что ожидает нас завтра, и предоставлено право избрать славную смерть героев — вместе с теми, кто нам дорог. Пусть наши жёны умрут не опозоренными и наши сироты не изведают горечи рабства. А затем сослужим друг другу последнюю службу, окажем последнюю милость, и что может быть, братья, лучше и дороже почётного савана свободы? Но прежде чем умрём, предадим огню наше имущество и крепость. Я точно знаю: римляне огорчатся, увидев, что не взяли нас живьём и обманулись в своих надеждах поживиться добычей. Только съестные припасы оставим не тронутыми, чтобы они свидетельствовали после нашей смерти, что мы не страдали ни от голода, ни от недостатка воды, но сами предпочли смерть рабству — как и постановили заранее…

В своём описании Иосиф Флавий ссылается на рассказ двух женщин, которые с пятью детьми укрылись в пещере и поведали римлянам о том, как мужчины убили своих жён и детей, а затем по жребию друг друга. (Иосиф Флавий, Иудейские войны, VII,стр.320)
…затем избрали по жребию десять человек, которым предстояло заколоть остальных. И каждый распластался на земле возле своих мёртвых жены и детей, обхватив руками их тела, и с охотой подставил своё горло десятерым, исполнявшим ужасную обязанность. Эти люди без содрогания пронзили мечами всех, одного за другим. Затем они бросили жребий между собой, чтобы тот, на кого укажет судьба, убил девятерых товарищей, а затем наложил руки и на себя…Так погибли они все с уверенностью, что не оставили после себя ни единой души, над которой могли бы надругаться римляне. Назавтра поднялись римляне на Масаду, и когда нашли груды убитых, не возрадовались при виде погибших врагов, а только застыли в молчании, поражённые величием их духа и несокрушимым презрением к смерти
Последний из 960 осаждённых поджёг крепость и покончил с собой.

Древняя крепость Масада у города Арад — великий символ героизма для еврейского народа. Ежегодно новый состав бронетанковых войск в крепости дает клятву - «Масада больше не падет!».

76 лет назад белорусский город Мозырь  был областным центром Полесской области. 22 августа 1941 года город заняли немцы.

31 августа 1941 года, в воскресенье, несколько еврейских семей собрались в доме № 19 на улице Пушкина. Там жили Гофштейны. Что делают немцы с евреями в оккупированных городах, все они уже знали. Многие польские евреи успели сбежать на восток осенью 1939 года и оказались в белорусских и украинских городах. А 24 августа всесоюзное радио транслировало митинг еврейской общественности. И великий актер Соломон Михоэлс, уже после войны убитый НКВД в Минске, рассказывал по радио, что рейх собирается уничтожить весь еврейский народ. Рассчитывать, что немцы обойдутся «куркой, млеком, яйком», было невозможно.

В доме Гофштейнов собрались Гутманы, Зарецкие, Гофманы, Домничи, Рогинские — сейчас известно уже 32 имени. Жители Мозыря, пережившие оккупацию, рассказывали, что всего в том доме было то ли 37, то ли 40 человек. Вспомнили предков и решили, что уж лучше умереть по собственной воле, как в Масаде. А значит, нужно, как в Масаде, бросить жребий. Одному из них придется облить керосином дом, зажечь спичку и бросить ее. Одному из них нужно это сделать, как сделали предки, чтобы не сдаться римлянам. Один из них обязан не отдать их всех новым римлянам. Сгореть должны все: от шестилетнего Шлёмы Гофштейна до 81-летнего почтенного Ниселя Гутмана.

Жребий выпал 19-летней Соше Гофштейн. Она подожгла дом. Евреи горели с молитвенниками в руках. Они сделали выбор. Остальных спустя несколько дней согнали в Ромашов Ров в гетто и постепенно, «под настроение», небольшими партиями убивали. Последний узник гетто был убит 7 января 1942 года.

На том месте остался только фундамент. Никто после войны не хотел там строить дом. А если приезжал неместный и готов был там поселиться — ему рассказывали, что произошло в доме № 19 на улице Пушкина в 41-м. И новосел предпочитал искать что-нибудь другое. Тем более что в местном краеведческом музее была экспозиция, посвященная самосожжению мозырских евреев с указанием места.

А потом экспозицию убрали, как будто ничего и не было. И четыре десятка лет эта история была будто бы легендой. А в 90-е внук Ниселя Гутмана Яков, живший к тому времени в Нью-Йорке, начал борьбу за память деда и еще нескольких десятков еврейских героев и решил увековечить белорусскую Масаду. В 2003 году он привез в Мозырь валун с мемориальной доской. На этой доске на иврите, по-английски и по-белорусски было написано:  "Белорусская Масада. На этом месте будет установлен памятник мозырским евреям, которые совершили самосожжение 31 августа 1941 года. Они посчитали лучшим умереть, чем покориться врагу. Всемирная ассоциация белорусских евреев. Проект сохранения еврейского наследия в Восточной Европе".

Через месяц камень убрали по решению мозырского исполкома. А через семь лет, после долгой переписки с Яковом Гутманом и еврейскими общественными организациями, после писем Александру Лукашенко от мэра израильского Ашдода, где один из парков назван именем героев Мозыря, — все-таки установили свой, одобренный камень, с политкорректной надписью: «Место самосожжения мирных жителей г. Мозыря в 1941 году». Ну да, слово «еврей» советским и постсоветским чиновникам почему-то всегда кажется не очень приличным. Его будто бы вслух произносить нельзя. Так что пусть будут просто мирными жителями.

Но Яков Гутман не угомонился. И пять лет назад, накануне 70-летия трагедии, местные власти установили новый камень, где написано, что на этом месте вознеслись в небеса души мозырских евреев, погибших в самосожжении. Про самого Гутмана говорили: ну это же не дело — по собственному желанию памятники устанавливать, эдак каждый начнет валуны с надписями ставить где хочет.

Нет, как раз это — дело. Потому что если бы не внук Ниселя Гутмана, с 1995 года обивавший пороги чиновничьих кабинетов, если бы не его «самоуправство», никакого памятного знака на месте белорусской Масады не было бы до сих пор. А спустя еще пару десятков лет и местные бы забыли, что Мозырь — это Масада XX века. Так положено. Сын читает Кадиш усопших в память о покойном отце в течение 11 месяцев со дня его смерти. Поминальную молитву Изкор читают в память об ушедших родственниках четыре раза в году. А бьются в стены и двери, чтобы увековечить память родных-героев, — до последнего. Хоть бы и всю жизнь. Пока не добьются.

С незначительными сокращениями, начиная со слов "31 августа...", скопирован текст, написанный Ниселем Гутманом, опубликованный в isralove.org