?

Log in

No account? Create an account
holonist [userpic]

Из жизни кинокритика.

April 1st, 2017 (01:40 am)


     Отрывки из интервью кинокритика Виктора Матизена  jewish.ru.

То, что я –еврей, узнал в семь лет, когда в Зеленограде на меня ни с того ни с сего накинулся какой-то пацан со словами: «Ах ты, жидовская морда!» Иногда мне кажется, что чутье на еврейский дух – врожденный инстинкт. Поэт и критик Костя Кедров рассказывал, как однажды знакомый врач-психиатр сводил его в психиатрическую больницу на экскурсию. Вел от лёгких случаев к тяжёлым и в конце концов подвел к клетке, где за решеткой сидело полуголое и урчащее человекообразное существо, которое, по словам врача, вообще потеряло способность к членораздельной речи и только шипело. Костя на него уставился и вдруг сквозь это шипение услышал то же, что я от этого пацана: «У, ж-ж-жидовская морда!»

Любимая учительская история есть?
– Легко. Прорвало однажды трубу в моем кабинете математики, и пришлось вести занятия в кабинете литературы. Таком, знаете, образцово-показательном. Прохаживаюсь по классу, толкую про многогранники, вижу пушкинский уголок. Под портретом поэта – самодельный плакат со стихотворением: «Отвага, искренность, спайка, задор – от каждого искорка, вместе – костер!» И подпись: А.С. Пушкин. У меня чуть глаза не выпали. Класс смотрит непонимающе: написано, что Пушкин – значит, Пушкин. Довожу урок до конца, дожидаюсь хозяйку и вежливо спрашиваю: «Александра Петровна, что это?» «Вы не умеете читать?» – отвечает. «Простите, но это же не Пушкин». – «А вы что же, прочли всего Пушкина?» – «Нет». – «Тогда мне с вами не о чем говорить». Через пару дней сообщаю ей, что перелистал полное собрание сочинений Пушкина и не нашел этот стишок. «Ну и что?» – «Не понял». – «Конечно, вы же не знаете, что в печати до сих пор появляются новые произведения Пушкина». Ловлю ее на слове: «Неужели старик еще пишет?»Она смеряет меня презрительным взглядом, допуская, что я не знаю, что Пушкина давно нет в живых, и поясняет: «В результате розысков наших пушкинистов на свет до сих пор появляются неизвестные стихи великого поэта». «А чем вы докажете, что это написал Пушкин?!» – спрашиваю я, вспомнив наконец, что доказывать верность атрибуции должен атрибутор. «Это очевидно каждому образованному человеку». «Я, конечно, не так образован, как вы, но мне – не очевидно». – «Это понятно. Вы хоть знаете, что написал Пушкин в Сибирь декабристам?» – «“Во глубине сибирских руд”?» – «Правильно, – удивляется так, будто услышала говорящую обезьяну. – А что ему на это ответил Одоевский?» – «Что из искры возгорится пламя?» – «Правильно. А что ему в ответ написал Пушкин?!» – «Понятия не имею». – «А вот то и написал: “От каждого – искорка, вместе – костер”. Вам понятно, о каком костре пишет великий поэт? О костре революции! Это же ответ материалиста идеалисту и пророчество о роли революционных масс в истории!» «Да не мог Пушкин этого написать!!!» – кричу я, теряя почву под ногами. «Вы хоть понимаете, что говорите? ПУШКИН – не мог? Великий русский поэт – и не мог?! Пушкин мог все!» Не знаю, долго ли еще провисело в кабинете литературы это пушкинское стихотворение, потому что вскоре я уволился из школы.

Вы важный свидетель истории цензуры. Чем нынешняя отличается от советской?
– Тем, что она не признает себя цензурой и прикидывается борьбой с фальсификациями истории или борьбой за нравственность. Главным цензором нынче является министр культуры, присвоивший себе право отказывать в госфинансировании неугодным проектам или таким режиссерам-оппозиционерам, как Виталий Манский, и не выдавать прокатные удостоверения неугодным фильмам. В цензоры рвутся депутаты и православные активисты. Причем в советское время создатели фильма еще имели какую-то возможность его отстоять, а сейчас они совершенно бесправны. Да и цензоры пошли другие. Тогдашние иногда пытались спасти фильм посредством ампутации некоторых частей и выпустить хоть бы искалеченным, а эти сразу топят. И вселяют страх, который отбивает у продюсеров и режиссеров охоту заходить в неизведанное. Скверное сейчас время для кинематографа.

О Никите Михалкове.
– Его испортили большие деньги, положение председателя Союза кинематографистов, то есть главного кинематографиста страны, и близость к верховной власти. Он потерял совесть, а вместе с ней – талант, который не уживается с фальшью и покидает человека. Последние фильмы Михалкова ужасны. Он жертвовал достоверностью ради эффекта и в ранних картинах, но тогда это было нечто вроде игры со зрительским восприятием, а сейчас стало элементарным наперсточничеством.
В 2009 году вас исключили из Союза кинематографистов за критику действий Михалкова. Разве вы не могли сохранить с ним мирные отношения?
– Мог, но только ценой потери репутации, которая для меня важнее мирных отношений с таким председателем СК.

Инервьер Алена Городецкая
Полный текст здесь.